Право на неприкосновенность

Описание закона о неприкосновенности

Закон о личной жизни человека представлен следующими положениями:

  • статья 23 Конституции Российской Федерации;
  • статья 152.2 Гражданского кодекса РФ об охране частной жизни;
  • статья 137 Уголовного кодекса РФ о нарушении неприкосновенности человека.

Ст 23 Конституции РФ определяет право человека на неприкосновенность, личную и семейную тайну, а также защиту своей чести и доброго имени. В данное понятие включается тайна переписки и телефонных разговоров, а также иных сообщений личного характера. Конституция предписывает, что ограничение данного права вводится только решением суда.

Гражданский кодекс в ст 152.2 определяет следующие аспекты в неприкосновенности и охране частной жизни:

  • без согласия гражданина не допускается собирать или хранить информацию о его происхождении, месте жительства или пребывания, личной или семейной тайне и иных аспектах частной жизни, если иное не предусмотрено законом;
  • сбор и хранение сведений, а также их использование и распространение, допускается в государственных или общественных интересах, а также в случаях, когда гражданином ранее было дано согласие на подобные действия;
  • неправомерным использованием незаконно полученной информации и посягательством на неприкосновенность является также включение сведений в произведения науки, искусства или литературы при условии, что были нарушены интересы и права гражданина;
  • если незаконно полученная информация содержится на информационных носителях, то по закону о неприкосновенности личного пространства гражданин вправе требовать через суд удаление всех сведений и их носителей;
  • соблюдение защиты частной жизни умершего гражданина вправе требовать его дети, родители или супруг.

Уголовный кодекс в статье 137 предписывает следующие положения о нарушении неприкосновенности частной жизни:

  • ответственность за незаконный сбор и распространение сведений о личной или семейной жизни гражданина, учитывается ее распространение в публичных выступлениях или иные способы раскрытия информации;
  • отдельно регламентируется ответственность за те же действия, но при использовании должностным лицом своего служебного положения;
  • ответственность за нарушение личного пространства и неприкосновенности несовершеннолетнего, получившего в результате противоправных действий нравственный или физический вред.

Указанные положения определяют основное конституционное право гражданина – любая информация, составляющая тайну его личной или семейной жизни, охраняется законом о неприкосновенности. Разглашаться она может только с согласия человека или через постановление суда.

Скачать текст закона о личном пространстве человека

Скачать положения о неприкосновенности частной жизни по закону можно по следующим ссылкам:

  • статья 23 Конституции РФ – здесь;
  • статья 152.2 ГК РФ – здесь;
  • статья 137 УК РФ – тут.

Документы представлены в последних редакциях с актуальными изменениями на август 2017 года. Любые нарушения оформляйте согласно 59 ФЗ об обращении граждан.

Дополнительно изучите 419-ФЗ с изменениями об условиях для инвалидов.

Защита личного пространства по закону

Защита законом личного пространства и неприкосновенности частной жизни предполагает ответственность за противоправные действия. Наказания регулируются Уголовным кодексом в соответствии с положениями статьи 137:

  • незаконный сбор и разглашение личной информации подразумевают штраф до 200 тыс. рублей или в размере дохода за полтора года, принудительные работы или лишение свободы сроком до двух лет;
  • те же действия с использованием должностного положения в нарушении неприкосновенности – штраф до трехсот тыс. или в размере двухлетнего оклада, принудительные работы или лишение свободы до четырех лет;
  • незаконное разглашение информации о несовершеннолетнем, подвергшемся насилию, подразумевает штраф до 350 тыс. рублей или в размере трехлетнего заработка, принудительные работы или лишение свободы до пяти лет.

Приведенные цифры указаны в максимальных значениях. Допускаются ситуации с минимальными штрафами или арестами, в зависимости от тяжести действий в нарушении закона о неприкосновенности.

Так же рекомендуем ознакомиться с положениями закона о персональных данных в последней редакции.

Пермский региональный правозащитный центр

БЫТЬ ЧЕЛОВЕКОМ
ЗНАЧИТ НАСТАИВАТЬ НА ПРАВАХ ЧЕЛОВЕКА

ПРАВО НА НЕПРИКОСНОВЕННОСТЬ ЧАСТНОЙ ЖИЗНИ

Право на неприкосновенность частной жизни — фундаментальное право человека, которое подразумевает, что:

каждый человек имеет право на уважение его личной и семейной жизни;
каждый человек имеет право на неприкосновенность его частной жизни, жилища и корреспонденции;
каждый человек имеет право на тайну корреспонденции, телефонных или иных сообщений;
сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются;
каждый человек имеет право на защиту своей чести и доброго имени.

Частная жизнь — это область жизнедеятельности личности, которая находится вне сферы общественного и государственного интереса.

Право на частную жизнь предполагает возможность жить в соответствии со своими желаниями и устанавливает границы неприкосновенности частной жизни.

Право на неприкосновенность частной жизни устанавливает запрет любых форм произвольного вмешательства в частную жизнь со стороны государства и гарантирует защиту государства от такого вмешательства со стороны третьих лиц, а также защищает граждан от огласки обстоятельств их частной жизни.

Возможные законные ограничения права на неприкосновенность частной жизни

Ограничение права на неприкосновенность частной жизни допускается:

в целях обеспечения безопасности государства и экономического благосостояния страны;

при наличии непосредственной угрозы жизни и здоровью людей, или угрозы повреждения имущества;

в целях охраны здоровья, обеспечения нравственности;

для соблюдения прав и свобод граждан;

в целях предотвращения и расследования преступлений.

Ограничения права допускаются в случаях, оговоренных в законе, на основании судебного решения, лицами, уполномоченными осуществлять такие ограничения, в целях, оговоренных в законе.

Что делать когда нарушено право на неприкосновенность частной жизни.

Гражданско-правовая защита чести и достоинства и неприкосновенности частной жизни

Статья 150 Гражданского кодекса РФ (далее ГК РФ) относит «честь и доброе имя, деловую репутацию, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя и др.», к числу нематериальных благ. Характерной особенностью нематериальных благ является то, что они не имеют материального (имущественного) содержания; неотделимы от личности их носителя; обладают свойством индивидуализации самой личности обладателя этих прав. Особенность осуществления личных неимущественных прав состоит в том, что законом определяются не пределы реализации нематериальных благ управомоченным лицом, а устанавливаются границы вторжения посторонних лиц в личную сферу и, если эти пределы нарушаются, допускается применение принудительных мер к их восстановлению.

Статья 152 ГК РФ устанавливает ответственность в виде взыскания морального и материального вреда в случаях посягательства на честь, достоинство и деловую репутацию. Гражданско-правовая защита чести, достоинства и деловой репутации имеет следующие особенности:

    1. Факт нарушения права, предусмотренного ст. 152 ГК РФ может быть признан, только тогда, когда имело место распространение сведений, не соответствующих действительности, которые относятся к истцу и являются порочащими. Отсутствие в распространенной информации хотя бы одного из этих признаков свидетельствует об отсутствии состава правонарушения, предусмотренного ст. 152 ГК РФ.

    2. На требования о защите личных неимущественных благ не распространяются сроки исковой давности (т.е. они могут быть предъявлены в любое время после публикации) (ст. 208 ГК РФ),

    3. В отношении истца существует презумпция добропорядочности: Недоказанные сведения, порочащие гражданина или организацию, признаются ложными, если с достоверностью не установлено иное. Бремя доказывания факта соответствия действительности распространенных сведений закон возлагает на распространителя, истец обязан доказать только сам факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск (ст. 152 ГК РФ, Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18 августа 1992 г.);

    4. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию (ст. 1100 ГК РФ).

    5. Ущерб деловой репутации признается только в отношении юридических лиц и индивидуальных предпринимателей.

Если исковые требования подлежат удовлетворению, то суд в своем решении должен определить способ опровержения не соответствующих действительности сведений. Порочащие сведения, распространенные органом массовой информации, должны быть опровергнуты этим же органом. Органы печати публикуют опровержения либо в специальной рубрике, либо на той же полосе и тем же шрифтом, что и опровергаемое сообщение. Опровержение информации, содержавшейся в радио- или телепередачах, зачитывается диктором в той же программе или цикле передач. Право выступить с ответом может быть также предоставлено самому потерпевшему (ст. 46 Закона о средствах массовой информации).

Гражданско-правовая защита чести, достоинства и деловой репутации может относится к случаям распространения информации не только о частной жизни, но и касающейся общественной деятельности, когда распространяются факты относящиеся к профессиональной чести и деловой репутации, следовательно не имеющие отношения к частной жизни. К этому же праву относится и право чиновников на защиту деловой репутации. С исками о защите чести и достоинства, как показывает практика, в половине случаев обращаются «лица, облеченные властью, или организации властного характера, или люди, представляющие могущественные коммерческие организации». Основаниями для защиты этого права являются, прежде всего, распространение порочащих и не соответствующих действительности сведений.

Действующее российское законодательство не знает широко распространенного во многих зарубежных странах понятия диффамации, которое распространяется на разглашение не только ложных, но и действительных сведений, позорящих честь и достоинство гражданина или юридического лица. Тем не менее, закрепление в ст. 150 неприкосновенности частной жизни как охраняемого гражданским законодательством нематериального блага, дает основания для гражданско-правовой защиты приватности.

Для защиты неприкосновенности своей частной жизни необходимо доказать:

    Во-первых, факт распространения сведений, при этом распространением сведений является не только публичное из распространение, например, в СМИ, при публичном выступлении, но и сообщение сведений, хотя бы одному лицу.

    Во-вторых, доказать, что сведения относятся именно к частной жизни, к личной и семейной тайне. При этом значение может иметь то, как получены такие сведения распространителем, если такие сведения были законно получены из открытых источников, например, решения суда, средства массовой информации, то распространение такой информации, которая уже была до этого предана огласке, не может быть основанием для привлечения распространителя к гражданской ответственности.

    В-третьих, возмещение морального ущерба в суде возможно при наличии нравственных страданий, условием привлечения распространителя к ответственности является то, что распространенные сведения были порочащими и причинили страдания.

В соответствии с принципом состязательности, каждая сторона доказывает те обстоятельства, на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений: истец заявляет и доказывает, что сведения распространены в его частной жизни, ответчик — что распространение этих сведений допустимо, исходя из роли прессы в обществе.

Гражданин может обратиться в суд с иском о пресечении действий по распространению сведений и возмещении вреда для защиты тайны документов, переговоров, сообщений личного характера.

Комментарий к Статье 23 Конституции РФ

1. Комментируемая статья 23 КРФ регламентирует одно из личных конституционных прав человека. Все они имеют нечто общее в виде структуры института личных прав и свобод, предполагающей совокупность ряда элементов. Первый из них обеспечивает физическую неприкосновенность человека, второй — духовную неприкосновенность, а также его честь и достоинство, третий — это неприкосновенность частной и семейной жизни*(234). Общей характеристикой всех личных прав является присутствие в их содержании такого важнейшего компонента, как «неприкосновенность».

Неприкосновенность означает, что отношения, возникающие в сфере частной жизни, не подвергаются интенсивному правовому регулированию. Баглай М.В. считает, что частную жизнь составляют те стороны личной жизни человека, которые он в силу своей свободы не желает делать достоянием других. Это своеобразный суверенитет личности, означающий неприкосновенность ее «среды обитания»*(235). Романовский Г.Б. полагает, что частная жизнь охватывает круг неформального общения, вынужденные связи (с адвокатами, врачами, нотариусами и т.д.), собственно внутренний мир человека (личные переживания, убеждения, быт, досуг, хобби, привычки, домашний уклад, симпатии), семейные связи, религиозные убеждения*(236). С точки зрения ГК неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна рассматриваются как нематериальные блага (ст. 150), а одним из принципов гражданского законодательства является недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела (п. 1 ст. 1 ГК).

В Определении КС РФ от 09.06.2005 N 248-О содержится определение того, что из себя представляет право на неприкосновенность частной жизни: оно означает предоставленную человеку и гарантированную государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интимного характера. В понятие «частная жизнь» включается та область жизнедеятельности человека, которая относится к отдельному лицу, касается только его и не подлежит контролю со стороны общества и государства, если она носит непротивоправный характер. Однако, как указал Европейский Суд по правам человека, «основная цель статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод состоит в защите отдельного лица от своевольного вмешательства государственных властей». Определяя меру наказания в виде лишения свободы за совершенное преступление, государство не оказывает самовольное вмешательство в частную жизнь гражданина, а лишь выполняет свою функцию по защите общественных интересов (постановление от 28.05.1985 «Абдулазис, Кабалес и Балкандали против Соединенного Королевства»).

Право на неприкосновенность частной жизни с точки зрения его нормативного содержания означает неприкосновенность личных и семейных тайн, чести и доброго имени человека, а также тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Все компоненты права на неприкосновенность частной жизни образуют, по мнению Петрухина И.Л., некое единство — комплексный правовой институт, состоящий из норм различных отраслей права. Неприкосновенность частной жизни — непрерывно поддерживаемое состояние, в котором реализуется правовой статус гражданина в этой сфере жизнедеятельности*(237).

Если представить право на частную жизнь граждан как совокупность гарантированных им тайн, то среди них можно различать тайны личные (никому не доверенные) и тайны профессиональные (доверенные представителям определенных профессий для защиты прав и законных интересов граждан). В этом смысле к личным тайнам следовало бы отнести тайну творчества и общения, тайну семейных и интимных взаимоотношений, тайну жилища, дневников, личных бумаг, тайну почтово-телеграфной корреспонденции и телефонных переговоров. Профессиональные тайны — это медицинская тайна, тайна судебной защиты и представительства, тайна исповеди, тайна усыновления, тайна предварительного следствия, тайна нотариальных действий и записей актов гражданского состояния*(238).

Комментируемая норма статьи 23 Конституции Российской Федерации о праве на неприкосновенность частной жизни и личную тайну была применена Конституционным Судом РФ при рассмотрении запроса Лангепасского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа о проверке конституционности п. 2 ст. 14 Федерального закона «О судебных приставах» (Постановление КС РФ от 14.05.2003 N 8-П*(239)).

Позиция заявителя состояла в том, что положения указанного Закона, уполномочивающие судебного пристава-исполнителя истребовать в банке справки о составляющих банковскую тайну вкладах физических лиц без запроса (согласия) суда, нарушают конституционные права клиентов банков на неприкосновенность частной жизни и личную тайну (ч. 1 ст. 23 Конституции РФ) и вступают в противоречие с положениями иных федеральных законов.

Конституционный Суд пришел к выводу о том, что из конституционных гарантий неприкосновенности частной жизни, личной тайны и недопустимости распространения информации о частной жизни лица без его согласия вытекают как право каждого на сохранение в тайне сведений о его банковских счетах и банковских вкладах и иных сведений, виды и объем которых устанавливаются законом, так и соответствующая обязанность банков, иных кредитных организаций хранить банковскую тайну, а также обязанность государства обеспечивать это право в законодательстве и правоприменительной практике. Тем самым Конституция определяет основы правового режима и законодательного регулирования банковской тайны как условия свободы экономической деятельности, вытекающей из природы рыночных отношений, и гарантии права граждан на свободное использование своего имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, а также как способа защиты сведений о частной жизни граждан, в том числе об их материальном положении, и защиты личной тайны.

Институт банковской тайны по своей природе и назначению имеет публично-частный характер и направлен на обеспечение условий для эффективного функционирования банковской системы и гражданского оборота, основанного на свободе его участников; одновременно данный институт гарантирует основные права граждан и защищаемые Конституцией интересы физических и юридических лиц. Исходя из этих конституционных гарантий, банковская тайна обеспечивает охрану сведений, разглашение которых может нарушить права клиента, а пределы возложенной на банк обязанности хранить банковскую тайну определяются законом.

Федеральный законодатель вправе возложить на банк, иную кредитную организацию обязанность по предоставлению государственным органам и их должностным лицам сведений, составляющих банковскую тайну, только в пределах и объеме, необходимых для реализации указанных в Конституции целей, включая публичные интересы и интересы других лиц. Кроме того, федеральный законодатель вправе установить в законе как круг и полномочия органов, на которые возложено осуществление публичной функции исполнения решений судов, так и соответствующие этим полномочиям обязанности других органов и организаций.

Итоговый вывод, к которому пришел Суд, состоит в том, что оспариваемые положения не противоречат Конституции в том конституционно-правовом смысле, который выявлен Судом исходя из его нормативного единства с положениями п. 2 ст. 12 того же Федерального закона, и в той мере, в какой ими предусматривается право судебного пристава-исполнителя в связи с исполнением постановления суда запрашивать и получать в банках, иных кредитных организациях необходимые сведения о вкладах физических лиц в таком размере, который требуется для исполнения исполнительного документа, и в пределах, определяемых постановлением суда, а банк, иная кредитная организация обязаны предоставить такие сведения в пределах задолженности, подлежащей взысканию согласно исполнительному документу.

В Определении КС РФ от 14.07.1998 N 86-О «По делу о проверке конституционности отдельных положений Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» по жалобе гражданки И.Г. Черновой»*(240) была сформулирована правовая позиция, в силу которой осуществление оперативно-розыскных мероприятий, в том числе наблюдения (предполагающего при современном уровне развития техники наблюдение за тем, что происходит в жилище гражданина и без проникновения в жилище), возможно лишь в целях выполнения задач и при наличии оснований, предусмотренных федеральным законом, а также соответствующего судебного решения. Следовательно, Закон об ОРД не допускает сбора, хранения, использования и распространения информации о частной жизни проверяемого лица, если это не связано с выявлением, предупреждением, пресечением и раскрытием преступлений, а также выявлением и установлением лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших, и другими законными задачами и основаниями оперативно-розыскной деятельности. При этом согласно абз. 4 ч. 7 ст. 5 данного Закона органам (должностным лицам), осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, запрещается разглашать сведения, которые затрагивают неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя граждан и которые стали известными в процессе проведения оперативно-розыскных мероприятий, без согласия граждан, за исключением случаев, предусмотренных федеральными законами (в данном случае, если они относятся к преступному деянию).

Кроме того, оспариваемое положение ч. 1 ст. 6 следует рассматривать, отметил Конституционный Суд, в единстве с предписанием ч. 2 ст. 8 о том, что проведение оперативно-розыскных мероприятий, которые ограничивают конституционное право граждан на неприкосновенность жилища, допускается на основании судебного решения и при наличии информации: о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, по которому производство предварительного следствия обязательно; о лицах, подготавливающих, совершающих или совершивших противоправное деяние, по которому производство предварительного следствия обязательно; о событиях или действиях, создающих угрозу государственной, военной, экономической или экологической безопасности РФ. Как следует из ч. 2 ст. 8, при проведении любых оперативно-розыскных мероприятий, в том числе наблюдения, конституционное право гражданина на неприкосновенность жилища не может быть ограничено без судебного решения.

В Определении от 19.06.2007 N 483-О-О Конституционным Судом был сделан вывод о том, что закрепление в ст. 61 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан особого правового режима информации, содержащей врачебную тайну, и специального порядка ее предоставления (в том числе путем ее истребования органами дознания, предварительного следствия, прокурором или судом по собственной инициативе либо по ходатайству сторон) не исключает возможность получения данной информации как непосредственно самим гражданином, которого она касается, так и его представителем (защитником). Предоставление указанным лицам такой возможности обеспечивается положениями не только названной статьи Основ, но и ст. 31.

Создание и широкое применение компьютеризированных баз данных о гражданах государственными и частными организациями приводит к эволюции конституционного права на неприкосновенность частной жизни. Обнаруживаются новые аспекты частной жизни. Информационный аспект становится преобладающим, что означает постепенный переход защиты частной жизни путем признания конституционного права на информационную неприкосновенность. Данные, получаемые в ходе переписи населения, ведения налоговыми органами учета расходов частных лиц, данные регистрационного учета являются необходимыми мерами вторжения в сферу частной жизни. Все эти меры необходимо осуществлять в определенных публичных целях при условии государственных гарантий по защите конфиденциальности собранной информации.

Право на защиту информации о частной жизни (право на информационное самоопределение) не относится к классическим основным правам. Оно получило свое развитие в течение последних трех десятилетий, в основном в судебных процессах в странах Западной Европы. Вместе с ч. 1 ст. 23 Конституции, закрепляющей право каждого на неприкосновенность частной жизни, личной и семейной тайны, защиты своей чести и доброго имени, ст. 24 обосновывает притязание на информационное самоопределение. Право на информационное самоопределение в рамках основного права на неприкосновенность частной жизни охватывает личную информацию в той мере, в какой она не защищена тайной переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений (ч. 2 ст. 23 Конституции) или правом неприкосновенности жилища (ст. 25 Конституции)*(241).

В настоящее время правовая основа защиты персональных данных в России стала приобретать ясные очертания, формируясь по двум направлениям. Принято специализированное законодательство, которое содержит правовые нормы, гарантирующие неприкосновенность частной жизни и регулирующие сферу защиты персональных данных. К специализированному законодательству относятся такие правовые акты, как Федеральный закон от 27.07.2006 N 152-ФЗ «О персональных данных», Закон об информации, информационных технологиях и защите информации, Указ Президента РФ от 06.03.1997 N 188, утверждающий «Перечень сведений конфиденциального характера», и др. Информацией персонального характера являются также сведения о вкладах и счетах граждан в банках. Гражданское законодательство рассматривает в качестве информации о счетах и вкладах граждан сведения о наличии счета (вклада) в конкретной кредитной организации, владельце счета, произведенных операциях по счету. Такие сведения содержатся в первичных документах (платежных поручениях и т.п.), кассовых документах, различных ведомостях, выписках со счетов, причем в выписке из корреспондентского счета отражаются сведения в отношении всех клиентов банка за определенный период времени по всем операциям банка (порядковый номер операции, сальдо по счету, номер счета клиента, суммы платежа, ссылки на платежное поручение). С учетом того, что эта информация носит персональный характер, законодатель установил специальный правовой режим банковской тайны. В соответствии с п. 1 ст. 857 ГК банки гарантируют тайну банковского счета и банковского вклада, операций по счету и сведений о клиенте. Проверяя конституционность ч. 2 и 4 ст. 182 УПК, Конституционный Суд в Определении от 19.01.2005 N 10-О*(242), выявив конституционно-правовой смысл оспоренных нормативных положений, пришел к выводу, что выемка документов, содержащих информацию о вкладах и счетах в банках и иных кредитных организациях, которая осуществляется в рамках следственных действий, проводимых в ходе уголовного судопроизводства, допустима, если эта информация имеет непосредственное отношение к обстоятельствам конкретного уголовного дела; выемка документов не должна приводить к получению сводной информации о всех клиентах банка; вынося постановление о возбуждении перед судом ходатайства о производстве выемки или обыска с целью изъятия документов о вкладах и счетах в банке или иной кредитной организации, следователь не вправе запрашивать информацию о счетах и вкладах, если такая информация не связана с необходимостью установления обстоятельств, значимых для расследования по конкретному уголовному делу, а кредитные организации, в свою очередь, не обязаны в этих случаях передавать органам следствия соответствующую информацию.

Конституционное право на защиту чести и доброго имени рассматривается Судом в качестве самостоятельного основного права (см. Определение КС РФ от 27.09.1995 N 69-О*(243)). Несмотря на то что право на неприкосновенность частной жизни предусмотрено в ч. 1 ст. 23 Конституции вместе с конституционным правом на защиту чести и доброго имени, нельзя полагать, что Конституция гарантирует защиту чести и доброго имени человека лишь в связи с охраной его частной жизни. Гарантией конституционного права на защиту чести и доброго имени является норма ст. 152 ГК РФ. В двух своих решениях — в Определении от 27.09.1995 N 69-О и Определении от 08.04.2003 N 157-О *(244) — Конституционный Суд сформулировал правовую позицию, в силу которой реализация гражданами одних конституционных прав не должна блокировать осуществление других конституционных прав и, соответственно, реализация гражданином конституционного права на защиту чести и доброго имени не препятствует ему направлять сообщение о совершенном преступлении в порядке осуществления конституционного права на обращение в государственные органы, что и должны гарантировать суды общей юрисдикции.

Статья 152 ГК, определяющая порядок реализации конституционного права на защиту чести и доброго имени, находится в общей системе конституционно-правового регулирования, а потому суды общей юрисдикции при ее применении вправе и обязаны обеспечивать баланс названного конституционного права и права на личное обращение в государственные органы (ст. 33 Конституции) — с учетом того, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (ч. 3 ст. 17 Конституции).

Носителями конституционного права на защиту доброго имени могут быть не только граждане, но и юридические лица частного права (см. Определение КС РФ от 04.12.2003 N 508-О*(245)).

2. Конституционное право на тайну индивидуальных сообщений охватывает все виды коммуникаций между индивидами*(246). Одной из основных гарантий права на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений является общая конституционная обязанность государства, состоящая в признании и защите прав и свобод человека и гражданина (ст. 2 Конституции России). Во исполнение этой обязанности приняты Федеральный закон от 17.07.1999 N 176-ФЗ «О почтовой связи» (в ред. от 14.07.2008) и Федеральный закон от 07.07.2003 N 126-ФЗ «О связи» (в ред. от 29.04.2008).

Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 31.10.1995 N 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» (в ред. от 06.02.2007) обратил внимание судов на то, что результаты оперативно-розыскных мероприятий, связанных с ограничением конституционного права граждан на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, а также с проникновением в жилище против воли проживающих в нем лиц (кроме случаев, установленных федеральным законом), могут быть использованы в качестве доказательств по делам лишь тогда, когда они получены по решению суда на проведение таких мероприятий и проведены следственными органами в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством.

Согласно ст. 23 Конституции России ограничение права на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений допускается только на основании судебного решения, а в соответствии со ст. 25 проникновение в жилище против воли проживающих в нем лиц возможно не иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения. Исходя из этого и учитывая, что Конституция имеет высшую юридическую силу и прямое действие, Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 24.12.1993 N 13 «О некоторых вопросах, связанных с применением статей 23 и 25 Конституции Российской Федерации» (в ред. от 06.02.2007) рекомендовал верховным судам республик, краевым, областным судам, судам городов федерального значения, судам автономной области и автономных округов, окружным (флотским) военным судам принимать к своему рассмотрению материалы, подтверждающие необходимость ограничения права гражданина на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений.

Районные суды и гарнизонные военные суды не могут отказать в рассмотрении таких материалов в случае представления их в эти суды. По результатам рассмотрения материалов судьей выносится мотивированное постановление о разрешении провести оперативно-розыскные или следственные действия, связанные с ограничением права на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений или с проникновением в жилище, либо об отказе в этом.